eponim2008 | Почему советские газеты начинали читать с последней страницы? (Reply)

Потому что на других страницах читать было нечего. На первой печатали всякую тягомотину про то как в братской обстановке Леонид Ильич Брежнев побеседовал с Ясиром Махмудовичем Арафатом, на второй - вести с полей или из забоев, а на третьей - снова тягомотину про международную жизнь и американский империализм с карикатурой Кукрыниксов или Бориса Ефимова. И только на четвертой, последней, странице можно было прочесть что-нибудь интересненькое: ЦСКА - "Динамо" (Тбилиси) 2:1, программа телепередач, "Заметки фенолога"... А иногда - фельетон.

Хотя советские писатели свои писания, бывало, высокопарно величали "грозным мечом Партии", советским фельетонистам следовало бы сравнивать свои творения с палаческим топором. В лучшем случае, с подлым стилетом убийцы. Жертва-то ни ответить, ни оправдаться не могла. Даже в суде.

Фельетон в "Крокодиле", "Известиях" или, не приведи господь, в "Правде" всегда означал конец чьей-то судьбы, а иногда и начало сезона посадок. Поэтому как ни хорохорились фельетонисты центральных газет и журналов, все же их, с позволения сказать, слава сильно пованивала. Да и вопрос еще, нужна ли такая слава? Имя Василия Ардаматского, написавшего около двух десятков книг про советских разведчиков, нынче было бы благополучно забыто, не напиши он фельетон в "Крокодиле", с которого в 1953 году началась в Советском Союзе антисемитская кампания.

Впрочем, газетный фельетон по самому факту своего рождения был жанром подколодным и низким. Слово "фельетон" появилось во французском языке в 1800 году и ввел его знаменитый французский журналист, хозяин газеты "Journal des Debats" Луи-Франсуа Бертен (1766 – 1841). Газета "Journal des Debats" возникла в революционном 1794 году, как печатный отчет о дебатах, проходивших в Национальном собрании. Отсюда и название. Кстати, именно таково происхождение названия газеты "Известия", которая появилась в феврале 1917 года. Первоначально она называлась "Известия Петроградского совета рабочих депутатов", а после - «Известия Советов депутатов трудящихся СССР».

Но уже в начале 19-го века "Journal des Debats" стала коммерческим предприятием и, естественно, принялась бороться за читателя. Дебаты и депутаты уже мало кого интересовали. Публику привлекали интересные факты и сплетни, которые Бертен решил выпускать в качестве приложения к основному изданию. Приложения первоначально выпускались на отдельных листках. От французского слова "feuilleton", то есть "листочек" и произошло их название. Весь материал, который шел в приложения, тоже стал называться "фельетоном".

В 1803 году приложения сделали частью газеты. Бертен изменил формат газетного листа и нижнюю его часть ("подвал") стал заполнять "развлекухой". Получилось очень удобно. Сверху - серьезная тема. Устал от "высоколобого" чтения? Отдохни! Посмотри в нижней части страницы "объявление неизвестной дамы, под названием: "Вот как я увеличила свой бюст на шесть дюймов" - и прочие интересные штучки". Приблизительно так приобщался к интеллигентному чтению герой И.Ильфа и Е.Петрова Васисуалий Лоханкин.

Впрочем, оказалось, что и для "подвала" нужно уметь писать. И заслуга Бертена заключалась в том, что для написания этой ерунды он стал привлекать серьезных литераторов. Так возник жанр фельетона. Фельетонисты стали писать острые критические заметки небольшого формата о текущей жизни. Писали не только о политике, но и о культуре, театре, морали и праве. Естественно, чтобы и читателя "зацепить", и под суд за "клеветнические измышления" не попасть, вырабатывался определенный язык: бойкий, задиристый и, вместе с тем, завуалированный. Этакая фига в кармане. Известность газеты «Journal des Débats» во многом определялась тем, что для нее писали и Виктор Гюго, и Александр Дюма-отец, и ныне изрядно позабытый, но тогда очень известный Эжен Сю.

Жанр фельетона вырос и окреп, и в 1830-х годах родился его побочный сынок: роман-фельетон. В "подвале" серьезной газеты стали печатать увлекательный роман с продолжением. В каждом номере - глава. Тем самым читателя (да и писателя тоже) привязывали к своей газете надолго.

И снова оказалось, что романы для развлечения публики тоже нужно уметь писать. И фабула должна быть интересной, и действие необходимо развивать стремительно, и формат следовало соблюдать: один номер - одна глава. При этом каждую главу должно было заканчивать небольшой, но загадкой, чтобы заинтересованный читатель купил и следующий номер газеты, с продолжением. И уж конечно, писать следовало быстро. Никаких "кризисов жанра"!

Романами-фельетонами баловался даже великий О.де Бальзак. Но самый известный литератор этого жанра, конечно, Александр Дюма-отец. "Три мушкетера" и "Граф Монте-Кристо" печатались, как романы-фельетоны. Уже помянутый Эжен Сю два своих самых знаменитых романа, «Парижские тайны» и «Вечный жид», написал как романы-фельетоны. В той же форме опубликовал свой роман "Сцены из жизни богемы" Анри Мюрже. На основе этого романа позже было написано либретто оперы Дж.Пуччини "Богема".

Роман-фельетон уцелел и после Первой мировой войны. В 1922 году на страницах пражской газеты "Лидове новины" в качестве романа-фельетона была опубликована фантастическая антиутопия К.Чапека "Фабрика абсолюта". Но нынче жанр романа-фельетона, вымер за отсутствием газет, желающих печатать романы, а также за отсутствием читателей, желающих их прилежно читать.

Вымер, так и не оставив потомства? Пожалуй что нет. В свое время роман-фельетон родился как бы в результате скрещения беспородного щенка, газетного фельетона с могучей сукой, романом. Результат, против ожиданий, получился совсем неплохим. Однажды этот жизнерадостный кобелек, пробегая мимо телестудии, потерся об телекамеру. И мы получили то, что получили: неиссякающий прайд сериалов. Можно долго рассуждать о качестве этих щенков, но одно несомненно. Статью, и манерами они похожи и на папашу, и на бабушку с дедушкой.

Статья опубликована на сайте Школа жизни